Домой Спорт Александр Большунов: какой я гений? Нужно еще очень хорошо поработать

Александр Большунов: какой я гений? Нужно еще очень хорошо поработать

51
0

Александр Большунов: какой я гений? Нужно еще очень хорошо поработать

Читать в Денис КосиновШеф-редактор спортивной редакции РИА НовостиВсе материалы
Чемпион мира и двукратный обладатель Кубка мира в общем зачете Александр Большунов в эксклюзивном интервью РИА Новости рассказал, что злополучный финиш марафона на чемпионате мира кое-чем ему даже понравился, о том, каковы его отношения с Йоханнесом Клебо и чему еще предстоит научиться у норвежцев, и о том, что сейчас победы радуют даже больше, чем в детстве. Иногда — до слез.

«На лыжне мы боремся друг с другом, но после финиша мы не держим друг на друга зла»

— Он мне попадался на глаза. В интернете, в Instagram. На самом деле, мне понравилось в смысле той техники, с которой я финишировал. С одной палкой. Прямо мне понравилось, как я это сделал. Даже с одной палкой.
— Итак, главный соперник наносит вам повреждение. Факт, доказанный жюри. В итоге вместо победы шиш с маслом, то есть серебряная медаль, которую не очень хотелось. И вам это понравилось?
— Нет, это не понравилось. А вот то, как я финишировал, именно те движения, которые были сделаны одной палкой, мне понравились. До этого даже с двумя палками такого технического исполнения финиша у меня не было. А здесь мне понравилось.
— Не было желания эти несколько последних сот метров прокрутить по кадрам?
— Да что тут прокручивать, не вижу смысла.
— Может, смысл в том, чтобы задать самому себе вопрос, а не сделал ли я сам что-нибудь не так?
— Зачем назад смотреть?
— Чтобы в следующий раз сделать всё так, как надо.
— В следующий раз надо просто чуть-чуть потренироваться, чтобы не доводить ситуацию до таких разборок.
— Но ведь Йоханнес тоже чуть-чуть потренируется, и разборка вновь состоится, разве нет?
— Наверное (смеется). Ждать недолго на самом деле.
— Что ж, вы не смотрели финиш так, как его просматривали члены жюри. Но в голове вы прокручивали этот эпизод? Все ли вы сам сделали правильно?
— Всё шло нормально, по плану. Тот финиш я реально мог выиграть. Но сломанная палка не дала это сделать. Даже если бы мы просто соприкоснулись, но без поломки, этого было бы достаточно, чтобы продолжить борьбу и финишировать достойно.
— В соцсетях было много крика о том, что Клебо сделал это специально. Вы верите в такое?
— Нет, конечно. Как такое можно сделать специально?
— А так и сделать, что на войне все средства хороши.
— Нет, он просто зацепил мою руку, от этого она ушла в сторону. Это был просто контакт, это не было специально.
— Есть такая точка зрения: спортсмены уровня Большунова и Клебо не могут дружить. Просто потому, что первое место – одно, и какая уж тут дружба. Это верно?
— Да.
— Тогда, по той же причине, Йоханнес Клебо — ваш враг?
— Не скажу, что он мой враг. Это соперник, с которым приятно соревноваться. На лыжне мы боремся друг с другом, но после финиша мы не держим друг на друга зла.
— А как же новости о том, что вы сначала пригласили его на свадьбу, потом передумали звать?
— Как было сделано приглашение, так оно в силе и осталось. Это всё журналисты придумали. Те, которым надо раздувать тему конфликта.
— То есть на самом деле ваши колебания по поводу приглашения выдуманы, верно?
— Конечно, выдуманы! А из-за чего мне было так поступать? Конфликт был на финише гонки, после финиша всё заканчивается. Это только гонка. Ничего личного. Йоханнес, правда, не приедет, это уже точно, но вовсе не из-за какого-то конфликта. Написал, что еще до моего приглашения подписал контракт на съемки в телевизионном шоу как раз в те числа, когда у нас свадьба. Только из-за этого.

ЧИТАТЬ ТАКЖЕ:  Отправил спать: турнир по боксу в Сочи завершился глухим нокаутом. Видео

«Когда всё сходится, то им сложно что-нибудь мне противопоставить»

— Тренер Юрий Бородавко сказал, что в этом сезоне вы научились «читать» гонку и поэтому командная тактика норвежцев, которую они раньше против вас применяли, теперь не срабатывает. По его словам, теперь вы эту тактику запросто ломаете. Это так?
— Есть такое. Просто опыт же приходит. И они меня учат постоянно (смеется).
— То есть оно еще не пришло?
— Еще есть чему мне поучиться у них (смеется).
— А вот как это – читать гонку? Можно перевести это на язык, понятный дилетантам?
— Простой пример. Делать так, как это умеет Йоханнес.
— А как Йоханнес Клебо читает гонку?
— Он идеально всё просчитывает. Где нужно сделать ускорение, где можно выиграть секунды у соперников. Где правильно это сделать, а где это делать не нужно и даже бессмысленно. Ситуация в гонке постоянно меняется, и поэтому надо по ходу дистанции всё просчитывать.
— И всё же позвольте прояснить вопрос о командной тактике норвежцев. Она уже больше не работает против вас?
— Нет, ну почему. Бывает, что работает. А бывает, что и нет (смеется). Всё зависит от состояния организма, от готовности лыж и так далее. Когда всё сходится, то им сложно что-нибудь мне противопоставить.
— Но ведь многие полагают, что не нужна Большунову никакая тактика. Он же гений, считают многие болельщики, ему надо просто бежать вперед, и рано или поздно все отстанут. Это, конечно, наивная теория, поэтому вопрос: какова доля хитрости, умения просчитать гонку в ваших успехах?
— Хитрости-то как раз мало у меня. Ее практически нет (улыбается).
— А нужна?
— Конечно, нужна.
— Можно ли этому научиться?
— С каждым годом я этому всё больше учусь. И сам учусь, на своих ошибках. И норвежцы меня этому учат.
— Любая профессия состоит из множества нюансов, которые только профессионалам и видны. При том, что очень многие уверены, что Большунов гениальный лыжник…
— Да какой я гений? Мне не нравится ваша формулировка.
— А она не моя. Это то самое мнение публики, которая полагает, что гениальному Большунову никакая тактика не нужна. Потому я и спрашиваю, какие нюансы лыжного мастерства вы еще не довели до предельного уровня?
— Таких нюансов большое количество. Много всего. Какой я гений? Нужно еще поработать, очень хорошо поработать, чтобы всё было идеально.
— Но ведь вы уже на вершине. Вы чемпион планеты, у вас несколько Кубков мира, вас называют лучшим лыжником на Земле. Так каких нюансов вам не хватает? Над чем надо поработать?
— Надо всем. Везде понемножку. Где-то больше, где-то меньше.
— Где больше?
— Да везде (смеется). Например, не хватает техники. И классической, и коньковой. Тактической грамотности не хватает. Опять же, в плане тренировок надо подработать финишные отрезки. Понять, как лучше это делать.
— Но ведь вы сами сказали, что вам понравилась техника, с которой вы финишировали в марафоне, имея всего одну целую палку.
— А до этого мне совсем не нравилось, как я прохожу финишные отрезки. Перед чемпионатом мира мы поработали над этим, уделили этому аспекту внимание, и пришло понимание того, как нужно финишировать. Чуть-чуть по-другому, чем раньше. И даже с одной палкой удалось финишировать хорошо.
— А тактика? Ведь что видят зрители? Бегут пять норвежцев, против них один Большунов, и он от них уезжает. Зрители абсолютно уверены, что с тактикой у Александра всё нормально. Видимо, он всё правильно рассчитал, раз уж от всех пятерых убежал. Так?
— Ну, так.
— Так чему ж еще учиться? Куда лучше, если вы уже умеете в одиночку убежать от пятерых норвежцев?
— Тому, чтобы не было промахов в других гонках. Чтобы этот навык был закреплен (смеется).
— То есть четвертое место в «разделке» на чемпионате мира, когда вы долгое время лидировали, а потом начали уступать норвежцам, стало следствием именно тактического промаха?
— Да, и это был сильный промах. Если бы сейчас стартовать в той гонке заново, я прошел бы ее иначе. Сто процентов. И результат был бы совершенно другой.

ЧИТАТЬ ТАКЖЕ:  "Нужно вести себя достойно в чужой стране": вратарь "Сочи" о Тедеско

«Что за дела? Видимо, надо заканчивать».

— Вы стесняетесь своих отрицательных эмоций? Тех, которые видны зрителям.
— Да нет. Чего тут стесняться. Это же эмоции, которые приходят сами по себе.
— Но ведь еще недавно считалось, что наш спортсмен должен быть сдержанным в любой ситуации. Он никогда ничего такого не покажет, всегда будет вести себя достойно. Вы хотели бы научиться сдерживаться?
— Да я могу сдерживаться, в этом нет проблемы. Просто буду выплескивать эмоции в другом месте, да и всё. Всё просто.
— Но ведь себя не переломать. После финиша марафона на чемпионате мира, проигранного из-за сломанной палки, в трансляцию попали кадры того, как вы плачете. С моей точки зрения, это нормально, после такого-то разочарования, а как вы считаете?
— Это нормально. Я эти эмоции там и оставил. Все те 2-3 часа, пока шла гонка, со всеми ее эмоциями я там оставил и до свидания.
— Считается, что чистая радость победы возможна только в детстве. Потому что потом это уже работа. Когда победы радовали вас больше – в детстве или сейчас?
— Победы радуют сейчас точно так же, как в детстве. Мне кажется, сейчас даже больше. Потому что даже слезы появляются на финише. В детстве такого не было.
— Вы уже участвуете в принятии решений по поводу тренировочного процесса? Ведь сначала ребенок просто слушается тренера. Потом спортсмен становится умным, зрелым. И начинает принимать решения самостоятельно. Вы уже на этой стадии?
— На этой стадии я уже давно, между прочим. Потому что в первую очередь нужно слушать свой организм, а уж потом тренера. Да, есть тренировочный план. Но иногда ты просто не можешь этот план выполнить. А иногда, наоборот, тебе нужно сделать больше запланированного.
— А как давно вы научились слушать свой организм?
— Не то чтобы давно. Но сейчас это есть. Если я чувствую, что мне надо еще позаниматься, я остаюсь и продолжаю тренировку. А если я понимаю, что организм уже не реагирует, то продолжать нет смысла. И тренер это тоже видит сам.
— Это хорошо, когда тренер видит. Бывают же тренеры, которые приказывают, и всё тут!
— По мне сразу видно, если какая-то тренировка не пошла. Даже если тренер будет заставлять, я ее не сделаю. Бывает и наоборот. Надо сделать столько-то, а я делаю больше. Он видит и понимает, что мне сегодня действительно нужно поработать сверх плана.
— Получается, что вы во многом сам себе тренер?
— С одной стороны, так и есть. Но все-таки тренер есть. Он составляет мой план и всю тренировочную программу. А уже как ее выполнить, это зависит от моего самочувствия.
— И никаких конфликтов? Если Александру надо больше, пусть пашет. Если Александру надо прекратить раньше, пусть заканчивает. Именно так строятся тренировки?
— Да, практически так. Наш тренер не стесняется развиваться и спрашивать совета у специалистов в той или иной сфере. Я вижу, как он постоянно консультируется с кем-то, когда у меня плохое состояние. Он сразу на телефоне, пытается разобраться, почему так. Он этого не стесняется.
— Он задает вопросы, получает ответы, доводит до вас. Вы начинаете пользоваться этими ответами, и становится лучше?
— Не на 100%, но какую-то часть полученной им информации мы используем и работаем дальше.
— Хоть раз в жизни были мысли о том, что зря занимаетесь спортом?
— Между прочим, такое до сих пор у меня бывает. Как раз перед главными стартами мне кажется, что у меня вообще ничего не получается. Организм вообще не реагирует на тренировки. Не раз такое бывало. И я думаю: «Что за дела? Видимо, надо заканчивать». (смеется). Перед последним чемпионатом мира точно так же было.
— И как быть в такой ситуации?
— Да никак. Просто нужно отдохнуть немножко. Полдня отдыха — и всё нормально.

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Пожалуйста, введите ваш комментарий!
пожалуйста, введите ваше имя здесь