Детей собираются защищать от угроз в Интернете с помощью кибердружины Поделиться
Российских детей от опасной информации защитят кибердружины и медиапатрули: комплекс мер, осуществляемый силами подобных объединений, утвержден на 4 года. Знакомые с такими командами не понаслышке, уверяют, что они уже существуют, им предстоит лишь активизировать свою деятельность. Но вот юристы усмотрели в перечисленных мероприятиях недочеты с точки зрения закона.
Комплекс мер по профилактике негативных социальных явлений в детской и молодёжной среде на ближайшие четыре года утвердил премьер‑министр Михаил Мишустин, а разработан он был организацией Росмолодёжь при участии федеральных ведомств и регионов. Представленный ими план включает 41 мероприятие, начиная от создания или «реанимации» уже существующих кибердружин до блокировки информации о нападениях на школы.
В поле зрения медиапатрулей попадут учебные заведения и молодежные объединения, а формироваться они будут в том числе в вузах и среди участников патриотических движений. Правительство предложило привлекать в кибердружины активных студентов профессиональных образовательных организаций.
В подписанном документе говорится, что правительства регионов должны реализовывать «мероприятия по установлению несовершеннолетних, замышляющих противоправные посягательства, направленные на дестабилизацию оперативной обстановки».
Проработать механизм, обеспечивающий «оперативное ограничение» распространения в региональных СМИ и «популярных сообществах» материалов, описывающих вооружённые нападения на образовательные организации, сцены насилия и жестокости среди несовершеннолетних, доверено Минпросвещения, МВД, Росгвардии и Росмолодёжи. В последней считают, что факторов, направленных на дестабилизацию молодежи, немало, начиная с недостоверной информации и заканчивая вовлечением несовершеннолетних в несанкционированные мероприятия или диверсионную деятельность.
Активисты кибердружин отмечают, что блокировка опасных для молодежи ресурсов в Сети невозможна в силу отсутствия нормативно‑правовых оснований. Но при этом число случаев нападения учащихся на свои учебные заведения в РФ лишь растет. Многие эксперты склонны винить в этом западные примеры, о которых отечественная молодежь узнает из Интернета. Юные россияне с неокрепшей психикой восхищаются всякими антигероями, устроившими громкие ЧП в своих школах и вузах, и в силу этого «прославившимися во всех соцсетях». Чтобы сократить количество сомнительных примеров для подражания, запланировано создать механизм ограничения доступа к такой информации. Этим займутся Минпросвещения, Минцифры, Роскомнадзор и другие профильные ведомства – об этом рассказали представители уполномоченных организаций.
Мониторинг сетевых ресурсов на предмет информации, склоняющей несовершеннолетних к противоправным действиям, будут проводить Росмолодёжь и АНО «Центр изучения и сетевого мониторинга среды».
— Кибердружины существуют уже несколько лет, только могли бы быть активнее, — говорит участник такого медиапатруля, он же студент со специализации программирование. – Меня и некоторых сокурсников привлекли в такую команду, так как там необходимо владение специальными прогами (программами).
В ряде учебных заведений уже назначены ответственные за «оживление» дремлющих кибердружин. Большинство существующих сегодня подобных команд были созданы 3 года назад, хотя есть и более ранние. В качестве вдохновляющего примера приводят кибердружину, сумевшую заблокировать 15 тысяч ресурсов с призывами к насилию и травле.
Формальное определение кибердружины – общественное объединение (часто волонтёрские, нередко студенческие), занимающееся занимаются мониторингом интернет‑пространства с целью выявления контента, нарушающего законодательство РФ или несущего угрозу обществу, особенно молодёжи. Медиапатруль, если верить тем, кто с ним уже знаком, примерно то же самое, только с меньшим количеством «бойцов» — как взвод в составе дружины.
Вот что говорится в уставе уже существующих подобных команд.
Основные задачи кибердружин — поиск в интернете (соцсетях, мессенджерах, видеохостингах и т. д.) информации, пропагандирующей экстремизм и терроризм; содержащей призывы к насилию, травле (буллингу); продвигающей наркотики, суицидальное поведение; демонстрирующей сцены жестокости и т. п.
Обязанности — фиксация и документирование обнаруженных нарушений, передача собранной информации в уполномоченные органы (Роскомнадзор (для блокировки ресурсов); в МВД; в Прокуратуру и т. Д).
Также кибердружины и медиапатрули участвуют в профилактической работе, к которой относятся: проведение бесед со школьниками и студентами об ответственности за противоправные действия в сети; распространение просветительских материалов по цифровой безопасности и «цифровой гигиене»; создание позитивного контента, укрепляющего традиционные ценности и гражданскую идентичность. Содействие в выявлении лиц, склонных к деструктивному поведению, для дальнейшей адресной работы с ними педагогов и психологов.
А как у них?
По словам «оживителей» кибердружин, подобные существуют во всем мире. Но у российских есть свои особенности. К примеру, в них привлекаются активные учащиеся, а для их стимулирования обсуждаются специальные меры — дополнительные баллы к ЕГЭ, льготы на проживание в общежития, льготные путёвки и т. д. По оценке властей на июль 2025 года, в отечественных кибердружинах состояло порядка 60 тысяч человек.
В других странах у кибердружин тоже часто своя, особенная специфика. В Китае, например, хункэ (красные кибердружины) состоят из студентов, проводящих разъяснительные лекции со сверстниками, и просто бдительных граждан, отслеживающих нежелательные публикации и сообщающих о них, куда надо.
В Германии программа так называемых «добровольных модераторов», а в Великобритании кибердружины работают в связке с полицией и провайдерами.
Американские гражданские проекты по борьбе с торговлей людьми и экстремизмом иногда даже получают гранты от властей. В Сингапуре и Израиле медиапатрули полудобровольные: частично они комплектуются профессионалами для эффективности отслеживания онлайн‑угроз. Так или иначе, кибердружины и иже с ними, как бы они ни назывались, это инструмент общественного контроля в цифровой среде, нацеленный на защиту потребителя, профилактику правонарушений и снижение объёма опасного и/или деструктивного содержимого Сети.
У закона много вопросов
Но вот отечественные юристы проявляют бдительность, призывая прежде проработать «узкие моменты».
— Правительство утвердило комплекс мер по профилактике негатива в сети среди подростков и молодежи. Защита от деструктивной информации — это общемировой тренд, и он важный и нужный по моему мнению, — говорит советник Федеральной палаты адвокатов РФ, управляющий партнер Московской коллегии адвокатов Майя Шевцова. — Но, как юриста меня заинтересовало в документе нововведение — кибердружины в образовательных организациях. Идея хорошая, но сразу встает ворох правовых вопросов.
Как быть с отсутствием статуса? Студенты — не сотрудники полиции, не оперативники, не судьи. Их «мониторинг» и «выявление нарушителей» не имеют юридической силы. А закон на сегодня, прямо указывает какие государственные структуры вправе это делать. Ни один суд не примет такой акт как доказательство. Фактически ребят наделяют полномочиями, которых у них нет и быть не может по закону.
Как быть с персональными данными (152-ФЗ)? Кибердружинники будут собирать информацию в том числе и о несовершеннолетних: кто на что подписан, с кем общается, какие взгляды высказывает. Для обработки таких данных нужно согласие родителей и регистрация оператора у Роскомнадзора. У кибердружины ничего этого пока нет. А значит пока это — прямое нарушение закона, вплоть до уголовной ответственности.
Как быть со статьей 330 УК РФ (самоуправство)? Блокировка контента, давление на пользователей, попытки «пресекать» что-либо без решения суда или поручения полиции — это классическое самоуправство. Такие действия имеют право совершать только уполномоченные госорганы, а не студенческий патруль.
Как быть с презумпцией невиновности (ст.49 Конституции)? Публично назвать подростка «склоняющим к противоправному», не дожидаясь приговора суда был— это грубейшее нарушение его прав. Даже если информация окажется ложной, репутация будет разрушена. А извинится перед ребёнком никто не сможет. Итог: сама по себе идея вовлекать молодёжь в безопасную среду — здравая. Но без изменения как минимум 11 федеральных законов эта инициатива превращается в юридически опасную самодеятельность. Надеюсь, работа по изменению законов будет проделана, а результат принесет безопасность.
