Коньшина рассказала, как зрители на концерте путают ее с Раневской Поделиться
Заслуженная артистка России, писатель Галина Коньшина известна по фильмам и сериалам, таким как «Жуков», «Глухарь», «Универ», «Ласточкино гнездо» и многим другим. В артистической среде Коньшину называют королевой пародийного жанра. И это по праву. Пародист заставила смеяться всю страну, когда впервые появилась в шоу «Большая разница», где изображала Татьяну Тарасову, Елену Малышеву, Татьяну Толстую и многих других известных персон. Среди самых любимых персонажей Галины Павловны — великая пересмешница Фаина Раневская. Со спектаклем «Фаина Раневская — любовь зрителей и одиночество» Коньшина объехала всю Россию. В разговоре с корреспондентом «МК» Галина Павловна поделилась, как спаслась юмором, когда была на грани жизненной катастрофы.
Галина Коньшина
В открытом кафе у театра, где сейчас репетирует Галина Павловна, мы наслаждались ароматным кофе. «Артистка!?» — вдруг обратилась к ней прохожая. «Да», — ответила Коньшина. «Обалдеть можно! — громко высказалась дама и тут же спросила: А можно с вами сфотографироваться?» Сделали селфи. Поклонница побрела дальше по улице, оглянувшись в нашу сторону. «Чувствую себя космонавтом!» — сказала актриса и рассмеялась, а я вместе с ней.
— Галина, вы работаете и как драматическая актриса. Служили в Театре на Малой Ордынке, были заняты в таких серьезных постановках, как «Волки и овцы», «Любовь во время холеры», «Восемь женщин» и других. Легче заставить человека рассмеяться или заплакать, как считаете?
— Юмор — самый быстрый путь к сердцу зрителя, но и самый сложный. Это я знаю по своему опыту. Слезу вышибить можно быстрее, чем заставить засмеяться. У всех ведь свой эталон юмора. Юмор, кстати, исцеляет, и это уже доказано.
Жить без пищи можно сутки,
Можно больше, но порой
На войне одной минутки
Не прожить без прибаутки,
Шутки самой немудрой —
это отрывок из Василия Тёркина Твардовского, которого часто вспоминаю. Галина Коньшина и её сын Антон Непомнящий, режиссёр театра Сатиры
— Зрители часто не разделяют персонаж и актёра, у вас были такие ситуации? Например, вас сравнивают с Фаиной Раневской?
— Спектакль «Фаина Раневская — любовь зрителей и одиночество» я играла в разных залах. Однажды постановка шла в музее Владимира Высоцкого. Вижу со сцены, как дама с первого ряда тянет ко мне руку, что-то в ней зажимая: «У меня есть лекарство возьмите, пожалуйста», — говорит зрительница, уверенная в том, что «сердечные таблетки» нужны не Фаине Раневской, а мне.
— Галина Павловна, вы окончили ГИТИС, учились в мастерской самого Всеволода Остальского, как пришли к пародии?
— Мы с моим первым мужем Юрием Непомнящим, который учился на режиссуре в нашем институте, создали своё дело — Театр маленьких комедий. Гастролировали по всем городам и весям нашей необъятной Родины, получали награды, имели успех. Дома у нас всё тоже было благополучно, пока не случилось наше расставание. Муж уходит, забирает машину, а я остаюсь с маленьким ребёнком на руках. Теперь сын уже давно взрослый, самостоятельный человек, режиссёр Театра сатиры Антон Непомнящий. А тогда на дворе стояли 90-е. Я не ждала помощи ниоткуда, хотя человек я верующий. Моя бабушка была монахиней в читинском монастыре. При богоборческой власти, когда Советская власть ликвидировала монастыри, Федосья Александровна ушла в мир. Помню знаменитую фразу Серафима Саровского, которую повторяла моя мудрая бабуля: «Веселье прогоняет усталость, которая рождает уныние, а уныние — это грех». Кстати, бабушка была ещё и человеком с юмором, подмечала в людях смешные черты. Несомненно, мне передались её гены. Благо я человек пишущий, сажусь и пишу сценарий своего моноспектакля «Мой будущий столетний юбилей», где пародирую всех, кого бы хотела пригласить на свой день рождения, когда мне исполнится сто лет. По сценарию воображаю, что бы мне сказали Татьяна Доронина, Эдвард Радзинский, Виталий Вульф, Андрей Вознесенский, Белла Ахмадулина, Нонна Мордюкова, которых пародирую.
— Где можно посмотреть ваш моноспектакль?
— С ним я уже сольно не работаю, использую лишь эпизоды, включая Семёна Альтова, Елену Малышеву, с которыми провожу сеансы смехотерапии (Смеётся). А тогда этот спектакль помог нам с сыном выжить, я работала с ним даже в санаториях за три копейки, готова была соседям показывать, не столь ради денег, а чтобы оставаться в актёрской форме и двигаться дальше в своём деле. Спешила рассмеяться, чтобы в трудную минуту не заплакать. Иногда даже думала, а может, профессию стоит сменить. Галина Коньшина в образе Раневской
— Каким был самый яркий эпизод из вашей творческой биографии?
— Был случай, который полностью изменил мой взгляд на профессию, на проблемы, которые у нас возникают. В 96-м году, когда Грозный и Москва заключили между собой мирный договор, я полетела в Чечню с концертами. Это было распоряжение Ельцина, который пообещал обеим сторонам концерты. Список артистов, которые должны были лететь на Кавказ, оказался огромный. Раннее утро, на аэродром Чкаловский вышли три человека, это была Ира Шведова, с которой я летела, и Андрей Дмитришин. Из Назрани нас повезли в Ханкалу. Мы дали концерты, летим обратно в самолёте, которым везут «груз 200». Рядом со мной на деревянной скамейке грузового самолёта сидела мама, которая везла своего сына домой хоронить. Поникшая от горя, она мне говорит: «Галина, я вас хочу поблагодарить». Я смотрю на неё и не понимаю: за что меня благодарить?! «Вчера была на вашем концерте, впервые за полгода улыбнулась. Спасибо вам». Мурашки по телу! Никогда не забуду её взгляд. Я подумала тогда, что мне стоит и дальше заниматься моим любимым делом, раз мое творчество приносит людям облегчение даже в такой ситуации. Есть замечательная фраза Игоря Губермана: «И спросит Бог: «Никем не ставший, зачем ты жил, что смех твой значит?» «Я утешал рабов уставших», — отвечу я, и Бог заплачет».
