Рассекречены детали покушения английского диверсанта на Хрущева в Великобритании Поделиться
Совершенно уникальный «водный» визит в Великобританию на крейсере «Орджоникидзе», предпринятый 70 лет назад тогдашним главой Советского Союза Никитой Хрущевым, был отмечен не только целым рядом необычных ситуаций во время официальных встреч. Однажды против боевого корабля, на котором находился руководитель партии и страны, англичане предприняли диверсию. Это была то ли попытка похитить наши важнейшие военные секреты, то ли реальное покушение на «первое лицо» СССР.
тестовый баннер под заглавное изображение
Визит Никиты Сергеевича на берега Туманного Альбиона растянулся на полторы недели. За это время было много протокольных мероприятий, званых обедов, встреч с высокопоставленными государственными деятелями и бизнесменами, ознакомительных поездок… Случались порой у главы советской делегации и конфузы в столь непривычной для него аристократической обстановке. Однако в целом все происходило, вроде бы, на фоне весьма лояльных даже приязненных отношений «островитян» к русским. Но в один из первых дней пребывания Хрущева в Великобритании произошло событие очень тревожное.
Высказывались даже предположения, согласно которым это была попытка организовать теракт, угрожавший жизни главы СССР. Впрочем веских аргументов в пользу подобного утверждения обнаружить не удалось. Куда более основательной выглядит версия, что хозяева-англичане решили воспользоваться визитом советской эскадры, состоявшей из двух миноносцев и артиллерийского крейсера, чтобы разведать некоторые секреты конструкции их новейшего корабля.
Еще за три года до описываемых событий крейсер «Свердлов» нового проекта 68-бис, прибыв в Англию для участия в торжествах по случаю коронации Елизаветы II, поразил англичан своей маневренностью. Корабль выполнил швартовку на Спидхедском рейде Портсмута сложнейшим способом фертоинг значительно быстрее, чем это удавалось делать морякам «владычицы морей». Уязвленные «аборигены» заподозрили, что Советы придумали некую конструктивную хитрость, которую неплохо бы разгадать. Очень подходящий случай представился в 1956-м, когда на Британские острова прибыл однотипный со «Свердловым» «Орджоникидзе».
Попытка узнать какие-то секреты советских кораблестроителей, что называется, в лоб, не удалась. Во время морского рейда к берегам Туманного Альбиона Хрущева сопровождал – вполне официально, — военный атташе английского посольства в Москве. Однако что-либо выведать этому господину не удалось. О причинах неудачи упомянул Никита Сергеевич в своих воспоминаниях: «Когда мы находились в море, то в день моего рождения, 17 апреля (именно эту дату обычно отмечал Хрущев. – А.Д.), решили устроить небольшой торжественный обед. За обедом, тем более в день рождения, естественно, имелась выпивка. Военный атташе основательно выпил, да так, что ему потом было уже не до осмотра корабля. Он еле добрался до своей каюты и проспал день крепким сном…»
Конечно, серьезные результаты от своего соглядатая на борту крейсера британцы получить вряд ли надеялись. А потому решили подключить к делу специалистов подводной разведки. Вернее, одного из них – самого титулованного своего аквалангиста-диверсанта.
О некоторых моментах, связанных с дальнейшим ходом событий, корреспонденту «МК» довелось услышать от исследователя морской истории.
— Имя этого человека — Лайонелл Крэбб. Долгие годы он возглавлял наиболее засекреченную 12-ю флотилию Королевского военно-морского флота. Тех, кто там служил, называли «люди-лягушки», — пояснил покойный ныне историк и писатель капитан I ранга в отставке Октябрь Бар-Бирюков. – Командор Крэбб принимал участие во многих диверсионных операциях в период Второй мировой, но к моменту появления крейсера «Орджоникидзе» на Спидхедском рейде он уже уволился с военной службы. Тем не менее британское морское командование именно этого тайных подводных дел мастера привлекло к выполнению непростой задачи. Увы, к огорчению адмиральскому, на сей раз опытнейший «человек-лягушка» все-таки сплоховал.
В моем архиве сохранилась запись воспоминаний одного из членов экипажа «Орджоникидзе», инженера-механика. Он рассказал, что однажды во время стоянки на рейде Портсмута кто-то из вахтенных вдруг заметил возле борта неизвестного аквалангиста. Учитывая, что на крейсере находился глава государства, командир корабля не решился действовать самостоятельно и немедленно передал эту информацию начальнику охраны Хрущева. Тот приказал своим подчиненным забросать пловца ручными гранатами. Потом было дано распоряжение обследовать днище «Орджоникидзе»: вдруг вражеские диверсанты там какую-нибудь пакость оставили. Но корабельные водолазы не нашли ничего подозрительного. Не обнаружили они и тела подорванного дайвера…
Впрочем, в других источниках можно найти иное описание случившегося. Якобы в тот день, 19 апреля, заметив подозрительного пловца в районе кормовой части крейсера, с мостика отдали команду провернуть несколько раз гребные винты. Их огромные лопасти подгребли к себе непрошеного гостя… И никаких взрывов гранат, никакого шума. Лайонелл Крэбб
Конечно, СССР направил британскому правительству официальный протест. В ответ были получены формальные извинения и категорическое заявление: мол, власти Соединенного Королевства не имеют отношения к инциденту, провокация эта организована какой-то третьей стороной. (Лишь по прошествии многих лет англичане признали, что их Адмиралтейство тогда, весной 1956-го, санкционировало проведение разведывательной операции против русских кораблей в гавани Портсмута.)
А уже сутки спустя в английских газетах появились сообщения о том, что опасную «спортивную авантюру» с погружением возле советского крейсера затеял некий любитель дайвинга, у которого во время заплыва внезапно разгерметизировался костюм, что и привело к смерти.
Лишь через 10 дней после случившегося руководство английских ВМС официально объявило об исчезновении знаменитого коммодора Крэбба, возглавлявшего отряд «людей-лягушек». При этом подчеркивалось, что 47-летний ветеран уже уволен со службы и действовал «как гражданское лицо», выполняя заказ частной фирмы «по проверке технического состояния подводного оборудования неподалеку от Портсмута». Подобные объяснения удовлетворили далеко не всех. Был даже послан парламентский запрос о ситуации с Крэббом. Премьер-министру Энтони Идену пришлось специально приехать по этому поводу в парламент и предупредить депутатов, что разглашение обстоятельств исчезновения подводника-аса противоречит государственным интересам.
Шумиха вокруг легендарного диверсанта вновь поднялась год спустя. Весной 1957-го рыбаки на южном побережье Англии, неподалеку от городка Чичестер обнаружили останки неизвестного, одетого в водолазный комбинезон. У трупа отсутствовали голова и обе руки, однако несколько человек, приглашенных для идентификации, все-таки опознали в погибшем Лайонелла Крэбба. Впрочем, были и нестыковки: размер ноги вроде бы не тот, волосы на теле иного цвета, чем у командира 12-й флотилии, а на колене нет шрама от раны, полученной им в годы войны.
Все-таки летом 1957 года на портсмутском кладбище появилось новое захоронение. Надмогильный камень отмечен надписью: «Коммодор Крэбб».
— Между тем есть довольно экзотическая версия продолжения этой истории, которая появилась якобы на основании некоего «секретного досье КГБ», добытого британскими спецслужбами, — пояснил Бар-Бирюков. — В тот злополучный для него день Крэбб якобы не погиб. Сразу после обнаружения под бортом «Орджоникидзе» аквалангиста с крейсера и соседнего с ним миноносца спустились несколько советских водолазов. Им удалось скрутить в воде диверсанта и поднять его на палубу. Затем англичанину регулярно вкалывали дозы снотворного, поддерживая его фактически в бессознательном состоянии. Через некоторое время после того, как «Орджоникидзе» вышел в обратный путь, к крейсеру приблизился вертолет, на который подняли обмякшее тело. Крэбба переправили в польский Щецин, а оттуда – в Москву. Здесь «товарищи из органов» довольно долго занимались обработкой коммодора и в конце концов склонили к сотрудничеству, сообщив, что на родине его все равно будут считать погибшим, когда выловят из воды труп «дублера». Позднее на Тихоокеанский флот прибыл для прохождения службы новый офицер — Лев Кораблёв. Он занимался спецподготовкой морских пехотинцев, говорил по-русски с явным акцентом и никогда никому не рассказывал о своей жизни и семье.
Впрочем, скорее всего, эту детективную историю «слепили» сами англосаксы, чтобы пополнить ею копилку «страшилок» про «коварных русских».
