Скандал засекретили, «принимая во внимание нежелательность судебной огласки» Поделиться
Весьма распространенным увлечением среди отечественных правителей была охота. Многие российские государи «ружейным промыслом» занимались, среди советских вождей тоже было немало его поклонников. В числе них – «самый человечный человек» Владимир Ильич Ленин. Однажды выезд на очередную охоту чуть было не закончился для главы молодого государства рабочих и крестьян арестом. Корреспонденту «МК» удалось познакомиться с документами, имеющими отношение к этой парадоксальной ситуации.
тестовый баннер под заглавное изображение
Ильич еще по молодости любил «баловаться с ружьишком». Известно, например, что он очень активно занимался подобным промыслом, находясь в ссылке в сибирском селе Шушенское.
Не отказался он от таких пристрастий и в более позднее время, — выкраивал время для охотничьих подвигов даже став руководителем огромной страны.
На исходе лета 1920-го «большевик №1» отправился поохотиться в тогдашнюю Смоленскую губернию (ныне эта территория относится к Тверской области) и там едва не был взят под стражу.
Из биографии «главного творца Октября» известно, что в августе 1920 года Владимир Ильич выехал из Москвы на запад по Виндавской дороге. Целью было посещение так называемых Бельских лесов (это окрестности города Белый), которые считались в ту пору среди охотников весьма «добычливыми». Компанию председателю Совнаркома составили его младший брат Дмитрий и еще несколько соратников – среди них члены ВЦИК (Всероссийского центрального исполнительного комитета – А.Д.) Н.В, Крыленко и И.П. Жуков (именно этот уроженец смоленских мест якобы и порекомендовал Ленину места для «ружейного отдыха»).
Сохранились свидетельства, что Вождь мирового пролетариата со своими спутниками в сопровождении егеря Ивана Виноградова добрался до деревни Нестерово Бельского уезда. Там они задержались на три дня ради охоты. Ночевали в доме местной крестьянки.
Насколько успешным по части трофеев оказалось то «бельское сафари» для главного московского гостя, уточнить не удалось. Однако выяснились иные факты – совершенно уникальные. Под занавес его кратковременного отдыха в глухомани тогдашней Смоленщины над Владимиром Ильичом нависла реальная угроза ареста.
В Российском государственном архиве социально-политической истории хранятся документы, касающиеся этого скандального эпизода из жизни знаменитого революционера.
«30-го августа сего года я, возвращаясь совместно с тов. Лениным с охоты из района Глуховской волости Бельского уезда, был остановлен на станции Оленино Виндавской дороги Волвоенкомом (волостным военкомом – А.Д.) Глуховской волости тов. Смирновым, а затем вторично Березовским Уполномоченным Уездкомдезертир тов. Шмуклером, предъявившим мне телефонограмму за №315 и №316 от имени Уездвоенкома Бельского уезда Егорова с предписанием арестовать находящихся на станции членов ВЦИК, а также тов. Ленина и представить их немедленно в город Белый в Уездвоенком…»
Такую зашифрованную телеграмму послал в ВЧК член ВЦИК, обвинитель Верховного трибунала Николай Крыленко. Из дальнейших пояснений этого известного деятеля большевистской партии следует, что он растолковал местным уполномоченным лицам, насколько они не правы: ведь членов ВЦИК разрешено задерживать лишь по постановлению ВЦИК, а если военкому Егорову было нужно удостоверить личности прибывших в уезд, то он мог это сделать, не отдавая приказа об аресте, и подобные распоряжения, «к кому бы они ни относились, являются проявлением сплошного самодурства». Далее всемогущий Крыленко предложил немедленно отправить проштрафившегося Волвоенкома в Москву «для допроса в качестве обвиняемого».
Указание такое было выполнено. Представ перед следователем Верховного трибунала, Василий Егоров показал:
«30 августа мне было сообщено в частной беседе с местным крестьянином, фамилии не помню, что в деревне Нестерово проживают лица, именующие себя членами ВЦИК во главе с Лениным. Причем на день эти лица выходят в лес, а на ночь приходят в деревню. Я навел сейчас же справки в Парткоме и в Отделе Управления Исполкома. Там мне сообщили, что никаких сведений относительно приезда т. Ленина в Бельский уезд нет. Предполагая, что под именами тов. Ленина и членов ВЦИК скрываются бандиты, я тогда же отправил две телефонограммы. Я приказывал в случае сопротивления при проверке документов у лиц, именовавших себя членами ВЦИК, таковых задержать и препроводить ко мне».
Расследование неприятного происшествия длилось полтора месяца. В результате все тот же Н. Крыленко подписал «Заключение по делу гр. Егорова»:
«…принимая во внимание отзыв парткома о безупречном прошлом Егорова и нежелательность судебной огласки всего описанного инцидента,
1) дело о порядке уголовного преследования Егорова прекратить,
2) самого Егорова отстранить от должности за несоответствие,
3) дело о Егорове передать на распоряжение Президиума ВЧК для заключения его под стражу на срок до 6-ти месяцев…»
Вот такая неожиданная получилась жертва ленинской поездки на охоту.
